Засуха, пожары, убытки стали главными темами этого лета. Все регионы наперебой начали подсчитывать убытки от засухи и тут же выставлять счет федеральному центру. Самая веселая ситуация возникла в одной из областей, где региональные власти насчитали убытков от засухи на 8 млрд руб-лей. Аудиторы Минсельхоза, приехав в регион, смогли подтвердить убытки лишь в 1,8 млрд рублей, а реальный ущерб оказался еще меньше. Зато народ уже в предвкушении дефицита разбирает продукты в магазинах…
Интересно было наблюдать, как регионы Черноземья оценивали тренд засухи — нужно же сперва понять, насколько серьезно настроен федеральный центр. После совещаний с участием премьер-министра Владимира Путина и начала ажиотажа стало понятно — все серьезно. Федерация даст большие деньги.
И сразу стартовала информационная кампания — прямо соревнование какое-то — кто больше прибедняется, кто больше пострадал. Регионы наперебой отчитываются о гибели урожая, Федерация успокаивает — продовольственных запасов хватает. Последнее еще больше провоцирует панику. Увы, привыкли мы, что если по центральным каналам говорят, что все хорошо, а будет еще лучше, то пора готовить запасы.
Торговые сети переживают натиск со стороны обеспокоенных покупателей. С полок сметают макароны, муку. Слава богу, соль и спички пока не разбирают. Сети потирают ручки и повышают цену (в принципе, нормальный и самый распространенный метод борьбы с ажиотажным спросом. Так и банки поступают, когда вкладчики начинают экстренно деньги снимать — вводят непомерные комиссии). Производители радуются повышенному спросу и тоже потирают ручки.
Но что же делать с урожаем, который якобы погиб? На элеватор сдавать нельзя, если уже получил помощь от государства, — кто компенсации, кому кредиты под минимальную процентную ставку пролонгировали. Если сдашь на элеватор, можно и уголовную статью получить. Однако мощности держать такое количество, например зерновых нет.
Вот тут и всплывает другое достоинство Воронежской области. По оценкам местных ученых, Воронежская область лидирует в стране по доле теневой экономики. Занимает почетное пятое место после республик Северного Кавказа.
Как поговаривают крупные трейдеры, сейчас зерно официально не купишь — производители продают его только за наличные, зато по более низким ценам. Отчего же так не делать — компенсацию за него уже получил, значит, фактически продаешь второй раз. А показать официально урожай нельзя — его же нет. Вот и развивается у нас теневая экономика, как, собственно, и в других областях Черноземья.
Любопытно, что, похоже, такая ситуация всех устраивает. Федеральный центр выделяет деньги, наверняка получая серьезную благодарность от регионов. Регионы выделяют деньги сельхозпроизводителям, получая, соответственно, благодарность от них. Власти довольны — ажиотаж остановлен, голода нет. Цена не прыгает. Все с деньгами.
Можно посочувствовать страховщикам, но они по страхованию сельскохозяйственных убытков обычно никогда и не платят. Тем более что мало кто к ним будет в этом году обращаться, так как убытки не такие большие, как их малюют чиновники. Кроме того, есть несколько показательных случаев со страхованием. Например, один из крупнейших холдингов — «Продимекс» — так и не смог получить страховку за погибший урожай, так как договор страхования составляется так, что это сделать практически невозможно. Холдинг, как я слышал, после этой ситуации совсем отказался от страхования сельхозработ.

Быстрый поиск: Бизнес, Воронеж, Сельское хозяйство